kot-de-azur (kot_de_azur) wrote,
kot-de-azur
kot_de_azur

Дикая страсть

К чему приводит мода на экзотических питомцев.

mm8228_130309_01458_1395735929_big

Тренер животных из Флориды Памела Розайр Заппи перекупила шимпанзе Ченса у хозяев, которые больше не могли его содержать. Теперь Ченс иногда снимается в голливудских фильмах. «Шимпанзе настолько умны, что им становится скучно», – говорит хозяйка.


Статистика утверждает, что в домах американцев живет больше экзотических животных, чем в зоопарках страны. На задних дворах и в гаражах, в гостиных и в подвалах, в кроватях и в ванных дикие звери обитают бок о бок со своими хозяевами. Защитники природы утверждают, что привозить в город выращенных в неволе животных не только опасно, но и жестоко, а значит – заслуживает уголовной ответственности. Но обвинение нельзя применить ко всем. Уж точно не к Лесли-Энн Раш – инструктору-коневоду на небольшой ферме близ Орландо во Флориде. Лесли разводит и тренирует цыганских упряжных, но на ее ферме живут и кенгуру, лемуры и другие необычные питомцы.

mm8228_130822_06977_1397806011_big
Пума Саша – это «любовь всей моей жизни», утверждает Марио Инфанти, прошедший тренинг длительностью более тысячи часов, прежде чем приобрести своих первых диких кошек. Этот музыкант из Флориды обрезал Саше когти, когда та была котенком, но «она все еще может кусаться».


Рядом с конюшней в обнесенном проволокой загоне расположился маленький зоопарк – три самца кенгуру, четыре лемура, азиатский олень мунтжак, вьетнамская вислобрюхая свинья, небольшой зверек из семейства енотовых кинкажу, или медовый медведь, по имени Киви и пес по кличке Дозер.

Лесли Раш легко порхает среди экзотических питомцев, раздавая лемурам хлопья Cheerios. Зверьки засовывают свои антропоморфные лапы в открытые коробки, вытаскивают пригоршни колечек и аккуратно поедают лакомство. У Лесли живет кошачий лемур Лиам, два лемура вари – Лолли и Поппи, а еще – бурый лемур по имени Чарли. Многие виды лемуров находятся под угрозой исчезновения, состояние рода лемуров вари, эндемиков Мадагаскара, признано критическим.



По оценкам Всемирной федерации приютов для животных, одних только тигров в неволе живет не менее пяти тысяч – и большую часть держат вовсе не аккредитованные зоопарки, а частные владельцы.



Раш верит, что, заботясь о выведенных в неволе зверушках, она помогает сохранить эти виды на планете, – и преданно ухаживает за ними днем и ночью. С наступлением темноты женщина перебирается из маленького загона в дом, прихватив любимого лемура; питомец спит с хозяйкой в одной постели, свернувшись клубочком на подушке.

mm8228_130305_00521_1398063869_big
«Вся моя жизнь посвящена животным, – говорит Лесли-Энн Раш, инструктор-коневод из Флориды. – Я редко оставляю их на день или уезжаю в отпуск». Она растила своих кенгуру и лемуров с первых дней их жизни.



Кенгуру, обычно активные на заре и в сумерках, днем лениво валяются на солнце, неохотно возя хвостами в сухой грязи. Но с наступлением вечера кенгуру вскакивают на задние лапы и прижимают морды к большому оконному стеклу, наблюдая за Лесли Раш и ее домом – словно просятся войти: кенгурят пускали внутрь в юном возрасте, но не теперь.

«Я собрала множество разных видов с разных континентов, и все они играют вместе», – говорит Раш, показывая свой разношерстный зверинец. Хозяйка снимала и с гордостью выкладывала на YouTube видеоролики, где животные большой компанией резвятся от души: лемуры прыгают через кенгуру, а те скачут и гоняют приматов по двору.

Несмотря на частые сообщения о нападениях кенгуру на людей в Австралии, питомцы Раш не выказывают никакой агрессии. Возможно, оттого, что местные обитатели не вполне дикие. Животных вывели в неволе, они уже привыкли к людям, а двое из них кастрированы. Хозяйка кормила каждого кенгуренка из бутылочки, чтобы приучить к человеческим рукам.

mm8228_130311_01844_1398072327_big
Тигровый питон обвивает Альберта Киллиана в его доме во Флориде, который владелец делит с 60 змеями. Рядом с ядовитыми питомцами приклеены бирки с названиями соответствующих противоядий и ближайших больниц.



35 долларов, которые Раш берет за посещение своего зоопарка – за «опыт общения с экзотическими животными», как она это называет, – помогают покрыть расходы на содержание. Некоторые владельцы экзотических особей тратят тысячи долларов в год на ежедневные порции свежего мяса для хищников; на корм для приматов, всеядных, но со сложными гастрономическими потребностями; на сотни тысяч крыс и кроликов, которыми питаются змеи. Кенгуру Лесли-Энн Раш поглощают огромное количество зерна, а лемуры – горы фруктов и овощей.

Сама хозяйка живет скромно – большая часть ее личных денег идет на закупку кормов для зверей. Кроме того, на зоопарк уходит много времени. «Они требуют внимания 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, – говорит Раш и тут же добавляет: – Но это моя семья. Я нужна им. Я не могу объяснить вам, каково это. Каждое утро я просыпаюсь, выхожу во двор, и все зверье прибегает, чтобы поздороваться. Я чувствую их любовь. Люди часто предавали меня. Животные – ни разу».

mm8228_130413_02697_1398072211_big
Тим Гаррисон, бывший полицейский из штата Огайо, работает в организации, которая помогает владельцам экзотических животных передавать своих зверей в питомники. «Дома нужны кошкам и собакам. Диким животным нужно, чтобы их оставили в покое», - говорит Тим.



Держать экзотических животных сегодня разрешено в нескольких штатах, причем ограничений практически нет: если на содержание собаки нужна лицензия, то льва или бабуина может купить любой желающий. Даже в штатах, где держать диковинных животных запрещено, «люди нарушают закон», рассказывает Адам Робертс из Born Free USA, организации, которая ведет базу данных о смертях и ранениях, связанных с экзотическими питомцами. В Техасе на четырехлетнего мальчика напал горный лев его тетушки; в Коннектикуте 55-летней женщине изуродовал лицо шимпанзе одного из ее друзей; в Огайо на 80-летнего старика напал 90-килограммовый кенгуру; в Небраске 34-летнего мужчину насмерть задушил его же удав. И этот список еще не учитывает людей, пострадавших от зоонозных инфекций – болезней, передающихся от животных человеку.

mm8228_130423_05136_1398072100_big
Шериф Мэтью Лутц отдал приказ на отстрел животных, выпущенных на волю в Зэйнвилле, штат Огайо. «Меня постоянно спрашивают, было ли это решение сложным, - рассказывает Лутц. - Нет, не было. Не сочтите за жестокость, но наш приоритет – безопасность людей».



У термина «экзотический питомец» нет четкого определения: он может относиться к любому дикому зверю, которого люди содержат дома, или просто к животным, менее привычным, чем обычные собаки и кошки. При отсутствии надзора и законодательства трудно подсчитать точное количество диковинных питомцев. «Проще говоря, их слишком много», – говорит Пэтти Финч из Всемирной федерации приютов для животных. По оценкам федерации, одних только тигров в неволе живет не менее пяти тысяч – и большую часть держат вовсе не аккредитованные зоопарки, а частные владельцы. Многие хозяева нежно заботятся о своих питомцах и тратят на них немалые деньги, но некоторые содержат зверей в тесных клетках и в плохих условиях.

Коммерческий ввоз в США видов, находящихся под угрозой исчезновения, ограничен с начала 1970-х. Большинство содержащихся в частных зверинцах крупных экзотических животных – львов и тигров, обезьян и медведей – были выведены в неволе. Сегодня в Интернете продаются зебры, верблюды, пумы и капуцины, мартышки с умными глазами и крупные кошки с золотистой шерстью, чьи милые мордашки смотрят на вас с экрана, призывая купить их. Эти животные уже не дикие, но и не вполне одомашненные – они как будто существуют в пограничной зоне, где сконцентрирована масса нерешенных этических вопросов и конфликтов.

mm8228_130414_02918_1398072063_big
Майк Степлтон строит более просторный вольер для своих пяти тигров, как того требует новый закон штата Огайо. Он не заходит в клетку к большим кошкам: «Не угадаешь, когда в них взыграет инстинкт».



По своему опыту поиска жилья для экзотических зверей, нуждающихся (часто отчаянно) в новом доме, Адам Робертс знает, что владельцев можно разделить на несколько категорий. Кто-то относится к питомцам, особенно к приматам, как к приемным детям – наряжает их в детские одежки, меняет памперсы и учит пользоваться туалетом. Другие держат диковинку как олицетворение статуса и власти, более почетную альтернативу питбулю или доберману. Третьи – импульсивные покупатели, которые просто не могут пройти мимо очаровательной милашки. Есть и коллекционеры вроде Брендона Терри из округа Уэйк в штате Северная Каролина, живущего в двухкомнатной квартире с 15 змеями, три из которых ядовитые. И наконец, есть настоящие друзья диких животных: они готовы работать добровольцами в заповедниках и даже приютить спасенное животное, нуждающееся в доме.

Дениз Флорес из Огайо рассказывает, как она завела своего первого тигра: «Однажды я отправилась в заповедник, и кто-то дал мне подержать тигренка. Мое сердце растаяло. Он меня покорил». Теперь хозяйка заботится о восьми спасенных хищных кошках, в том числе и о двух белых тиграх. Некоторые люди воспринимают дикого питомца как способ восстановить связь с миром природы. Они верят, что такой друг выделяет их из толпы. «Разумеется, благодаря моим животным я чувствую себя уникальной», – утверждает Лесли Раш. Кота или собаку может завести каждый, но хозяева «дикарей» находят удовольствие в приручении тех зверей, которые сотнями тысяч лет избегали одомашнивания. Люди вводят диких животных в цивилизованное общество, тем самым утверждая свою власть.

mm8228_130415_03231_edit_1398072163_big
С 1 января 2014 года владельцам «опасных экзотических животных» в штате Огайо придется выполнять суровые требования по безопасности и страхованию, а также ряд других условий. Штат построил комплекс стоимостью три миллиона долларов для временного содержания животных, конфискованных в связи с новым законом.



«Мне хотелось чего-то особенного, необыкновенного, – рассказывает Мишель Берк из Флориды, купившая своего кинкажу Винни на одном из специализированных сайтов. – Малышка словно ждала меня. Мы не стали заводить собаку, потому что в этом ничего особенного или крутого. А вот кинкажу – уже недосягаемо. Это мечта».

Тим Гаррисон из Огайо знает все о привлекательности экзотических животных. 32 года назад он работал полицейским и держал зверинец. У него дома вокруг ламповых подставок обвивались змеи, макаки-резусы прыгали с барной стойки на диван, львы загорали на гравийной подъездной дорожке. В любимцах у Гаррисона ходили капуцины, медведи и волки. После тяжелого дня, проведенного в погоне за преступниками, или после скучной смены Тим Гаррисон ехал домой к своим верным друзьям. Первым делом он всегда шел к волкам. Опускался на колени, затем распластывался на полу, давая возможность волкам вскарабкаться сверху. «Я просто лежал, позволяя им облизывать меня, и это было одно из лучших ощущений на свете», – вспоминает Гаррисон.

Теперь животные исчезли. Тим больше никогда не заведет дикого или экзотического зверя. Он уверен, что владение любыми потенциально опасными видами должно быть законодательно запрещено, и прилагает усилия к тому, чтобы добиться этого. Взгляды Гаррисона резко изменились после одной поездки в Африку. Когда Тим в саванне увидел слонов, которые набирают в хобот воду, а потом поливаются ею, так что их шкуры блестят на солнце, он почувствовал, словно с его глаз падает пелена. Гаррисон внезапно осознал, что дикие звери должны жить именно так, как они и жили миллионы лет. Им не место в Дейтоне, его родном городе, в любом другом городе или пригороде; эти создания рождены для дикой природы, и обрекать их на что-то меньшее несправедливо.

mm8228_130415_03462_1398063869_big
Джон Матус из Огайо купил Бу-Бу еще медвежонком, поддавшись минутному желанию. Прошлым летом он передал самку в заповедник. «Она должна жить среди своих сородичей», – сказал Джон.

mm8228_130503_05452_edit_2_1398072248_big
В 1980 году зоолог Элисон Пэско Фридман получила спасенную Амелию, чтобы тренировать ее для исследовательского проекта по этологии. По окончании проекта она забрала обезьянку-капуцина к себе домой в Нью-Йорк. 45-летняя Амелия умерла во сне после того, как было сделано это фото.



Поразмыслив, Тим Гаррисон пришел к выводу, что его питомцы на самом деле ему не принадлежали. Его зверинец в Дейтоне представлял собой неестественную экосистему с родственным и межпородным скрещиванием, в результате чего на свет появлялись животные, не имевшие почти ничего общего с существами, которых он теперь видел перед собой. Тим понял, что вел себя не лучше надзирателя и что этому необходимо положить конец. Вернувшись в Огайо, Гаррисон по одному передал своих любимых волков, обезьян и кошек в заповедники, где зверям, по крайней мере, стало привольнее. Тиму было больно. Он знал своих волков так хорошо, что мог провыть «привет» и «пока».

Теперь Гаррисон на пенсии. Практически все свободное время он отдает добровольной работе в агентстве Outreach for Animals, где помогает спасать экзотических животных и помещать их в один из заслуживающих доверия заповедников. Многие из так называемых питомников США на деле используют своих подопечных для получения прибыли, разводя их в коммерческих целях. Те немногие приюты, которые работают исключительно ради блага животных, уже переполнены, по словам Вернона Вейра из Американской ассоциации приютов. «Мне трудно пристроить гибридов волков и собак, вьетнамских вислобрюхих свиней, некоторые виды обезьян, многие из которых, к слову, отслужили свой срок в исследовательских лабораториях, а также всех крупных кошек и медведей, – жалуется Вейр. – Хорошие приюты берут животное лишь в том случае, если могут позволить себе о нем заботиться».

Агентство Гаррисона получает сотни звонков в месяц от сотрудников полиции, вылавливающих сбежавших животных, или от владельцев, потрясенных стоимостью содержания диковинки и мерой ответственности. За прошлый год Тим более сотни раз выезжал спасать крупных кошек, а за всю свою жизнь выручил почти тысячу экзотических хищниц. Однажды в округе Пайк штата Огайо Тиму довелось принимать его любимых, но запущенных львов. Сейчас Гаррисон работает с мужчиной, которому его собственный медведь откусил палец. Хозяин все еще не может расстаться с любимцем.

«Я принимаю точку зрения людей. Если человек не готов к расставанию, я помогаю ему заботиться о питомце. Помогаю построить вольер получше или подобрать более качественный корм. Я никого не сужу, просто надеюсь, что при правильной поддержке человек в конце концов увидит: содержать это животное – опасное, дорогое, трудоемкое занятие, и добровольно откажется от него».

Гаррисон сочувствует владельцам диких зверей и прекрасно понимает их. Тим искренне любил своих животных. Он верил, как и большинство владельцев, что питомцы тоже его любили. А еще Тим считал, что роскошный зверинец делал его особенным. «Но я заблуждался, – признается мужчина. – Я полагал, что нет такого зверя, которого я не смог бы приручить; что все животные, живущие со мной под одной крышей, получают наилучший уход». Это заблуждение, основанное на глубинном желании общаться с дикой природой, оставалось и после того, как все звери были отданы. Каждый раз, когда Тим Гаррисон принимает участие в спасательной операции, он с трудом удерживается от того, чтобы забрать животное домой. «Я пытаюсь сводить к минимуму контакт с животным, которое я спасаю, потому что моя страсть может в любой момент разгореться с новой силой», – объясняет Тим.

Штат Огайо стал первым, где разгорелась дискуссия о содержании экзотических видов. В октябре 2011 года близ города Зейнсвилл в округе Маскингем некто Терри Томпсон выпустил из клеток и вольеров 50 своих диких питомцев, включая львов и тигров, а после совершил самоубийство. Местному ведомству шерифа не оставалось ничего другого, как пристрелить большинство зверей, которые удирали от машин, шныряли по дворам и представляли угрозу для общественной безопасности. До этого инцидента Огайо был одним из немногих штатов, где на содержание экзотических зверей не требовалась лицензия или разрешение.

После трагедии Огайо пробудился. Красивые туши, разложенные у дома Томпсона, вызвали протест общественности. Губернатор штата подписал распоряжение об облаве на нелицензированные живые аукционы. Теперь штат требует от владельцев опасных экзотических животных получать разрешение, вживлять питомцу микрочип, приписываться к ветеринару и покупать страховку.

«Страховку я не могла себе позволить», – говорит Дениз Флорес, которой пришлось отправить своих хищных кошек в аккредитованные приюты. Именно на такой исход и надеялись государственные чиновники. Флорес добавляет: «Да, они красивые. Но мне всегда хватало осторожности не заходить к ним в клетку. В лучшем случае я гладила их через решетку».

Шерифа Мэтью Лутца, отдавшего приказ пристрелить животных, которых Томпсон выпустил из клеток, последствия инцидента преследуют до сих пор. Шериф примкнул к активистам по защите прав животных, которые годами безрезультатно лоббировали проект федерального закона, запрещающего в частном порядке держать и разводить больших кошек.

mm8228_130418_03934_edit_3_1398072284_big
Бобби Филан купила мартышку-гусара отчасти потому, что этот вид старается избегать конфликтов. Тем не менее, однажды Юджо выравался, исцарапал сына Филан и покусал ее собаку. Клетка мартышки стоит в гостиной хозяйского дома в штате Индиана, и маленькая дверца ведет из нее наружу, в вольер покрупнее.

mm8228_130422_04758_1395735930_big
Ветеринар из Огайо Мелани Бутера взяла олененка Дилли, потому что от Дилли отказалась мать, выросшая на ферме слепая олениха. Раньше малышка спала с хозяйкой, а теперь получила отдельную комнату. «С ней обходятся, как с принцессой», – говорит Мелани.

mm8228_130713_06428_1398072381_big
Когда ее первая капибара умерла от болезни печени, Мелани Типалдос из Техаса купила Гарибальди Рус. После поездки в Венесуэлу женщине полюбились огромные грызуны, которые, увы, часто гибнут в неволе.

Как и Лесли Раш, многие владельцы экзотических питомцев говорят, что ими движет желание сохранять и защищать находящиеся под угрозой виды. «Из-за изменений климата и рос-та населения планеты виды животных могут исчезать с рекордной скоростью, поэтому было бы неплохо иметь запасную популяцию», – говорит Линн Калвер, частная заводчица диких кошек и исполнительный директор Федерации по сохранению кошек. Женщина верит, что «те, кто делают это правильно, заслуживают права продолжать начатое».

Однако инициативные группы вроде Born Free USA и Всемирный фонд дикой природы утверждают, что разведение в неволе видов, находящихся под угрозой, – даже с благими намерениями – только поддерживает и без того весьма развитый рынок экзотических животных. Что, в свою очередь, лишь увеличивает риск для особей, живущих в дикой природе. Усилия по сохранению видов должны направляться на дикие популяции, – утверждают активисты, – а не на поддержку питомцев частных зоопарков.

Такая точка зрения приводит в ярость некоторых хозяев, которые подчеркивают, что количество несчастных случаев, связанных с экзотическими питомцами, совсем невелико, если сравнивать с тем, сколько людей ежегодно попадает в пункты медицинской помощи из-за укусов собак.

«Запрет на владение дикими животными только увеличит их количество, уверена», – говорит Сюзанна Кукол, участвовавшая в учреждении Общества за ответственное содержание экзотических животных, REXANO, призванного противостоять законодательному запрету. «Запрет никогда не работает. Мы уже знаем это на примере алкоголя и проституции», – продолжает Сюзанна.

У Сюзанны и ее бизнес-партнера Скотта Шумейкера есть земельный участок в четыре акра в часе езды от Долины Смерти в штате Невада. Там они держат двух рысей, пару африканских львов, пару пум, четырех тигров, сервала и оцелота. Сюзанна подчеркивает, что на протяжении всей истории и во всех культурах «короли, монахи, кочевники и крестьяне» содержали диких животных, и настаивает на том, что в наше время большинство владельцев обращаются со своими питомцами хорошо и не позволяют им создавать угроз безопасности другим людям. В том, что касается риска, Кукол весьма категорична: «Лучше я умру из-за льва, чем из-за глупого пьяного водителя».

Местные жители, в том числе фермеры, отдают Кукол и Шумейкеру своих хворых коров и лошадей, которых Скотт убивает выстрелом в голову из ружья. Затем туши разделывают на маленькие куски и скармливают хищникам; среди прочих – любимцу Кукол, самцу африканского льва по кличке Бам-Бам. Женщина всегда больше симпатизировала животным, чем людям: «С самого детства мне хотелось окружить себя животными. Я никогда не хотела детей».

Видимо, Кукол не одинока в своих предпочтениях. Это правда, что даже в штатах, где содержание диких животных открытым текстом запрещено, существующие законы не особо хорошо претворяются в жизнь. Рынок экзотических видов настолько процветает, что назвать его подпольным было бы не вполне корректно. «Хуже всего зверинцы, где предлагают за деньги погладить тигров. Они выводят по 200 тигрят в год, чтобы люди могли с ними сфотографироваться», – рассказывает Кэрол Баскин из аккредитованного приюта Big Cat Rescue.

На шумных аукционах, которые проводятся то в грязном поле, то на мощеных парковках, торговцы выставляют восхитительных тигрят с чудесными мягкими холками или крохотных обезьянок в кепках и футболках с надписями «Я люблю тебя». Но они не понимают или не хотят понимать, что вскоре милый котенок перерастет отведенную ему роль домашнего любимца и очутится в загоне за металлической сеткой.

Тим Гаррисон считает, что именно люди, разводящие животных у себя на задних дворах, приносят зверью больше всего страданий. Он бывал на аукционах, где в несколько этажей составлены клетки, набитые пумами и другими крупными кошками, по большей части еще котятами. Палатки кишат людьми, чьи карманы топорщатся от денег. Змей и приматов продают за тысячи долларов. Парковки забиты самыми разнообразными машинами, от «кадиллаков» до заржавленных фургончиков – многие приезжают сюда просто поглазеть и погладить зверей.

Заводчики часто зарабатывают сотни тысяч долларов за один аукцион. Они учат своих лицитаторов – посредников, ведущих торги, – рассказывать потенциальным покупателям, что животные безвредны. И они правы, ведь продаются обычно малыши. «Проблемы начинаются, когда животное достигает половой зрелости и у него включается врожденный инстинкт хищника», – объясняет Гаррисон.

Помните Мишель Берк и ее кинкажу? Как это часто бывает, история с Винни добром не кончилась. Поначалу все было спокойно, но потом у самки началась первая течка – и ее поведение изменилось. Кинкажу пыталась съесть собственный хвост, а Берк с семьей защищались, как могли, не давая животному разорвать себя на куски. Мишель пришлось сдать любимицу в заповедник. «Это все равно что потерять ребенка. Она всегда будет нашей малышкой. Но на новом месте Винни наконец сможет по-настоящему быть собой», – рассказывает женщина, которая, кажется, смирилась с этим решением. «Я поняла, что Винни никогда не нуждалась в нас. Ей не нужны были хозяева. Ее не нужно было запирать. Мы завели ее, потому что сами в ней нуждались», – говорит Мишель.

Да, маленькие животные ведут себя смирно, но это отнюдь не значит, что они ручные. Из всех крупных млекопитающих, населяющих планету, успешно приручить удалось чуть больше дюжины. Неважно, насколько хорошо животное дрессируется и привыкает к людям, его дикая природа остается неизменной.

Перечисляя аргументы против содержания экзотических видов в домашних условиях, защитники природы обычно подчеркивают опасность, которую дикие звери представляют для людей. Хозяева же делают упор на неотъемлемом праве человека владеть диковинками. Однако и те, и другие в пылу дискуссии часто забывают о том, что будет лучше для животного. Редко кто пытается посмотреть на проблему под этим углом.

Впрочем, возможно, достаточно будет просто увидеть образцовый пример ответственного содержания дикого зверя. Речь идет о ранчо Лесли Раш. С какой стороны ни посмотри, Раш прекрасно поработала. Ее питомцы живут в чистом загоне. Несмотря на финансовые трудности, они сыты и довольны. Хозяйка абсолютно предана любимому делу, и, в дополнение ко всему, она смогла организовать свою жизнь так, как хотела, поддерживая при этом взаимозависимое сообщество живых существ. И это уже немало.
Как и многие владельцы диковинных зверей, с которыми я беседовала, Раш не верит в то, что животные представляют опасность для кого-либо другого: «Я не держу хищников. Я – не тот тип». Но, возможно, безопасность человека здесь вовсе не главное.

Через двор пробежал кролик – случайно забрел или просто только сейчас показался на глаза. Вьетнамская свинья потянула воздух пятачком и хрюкнула. Один кенгуру лениво приподнял веко, потом опустил его и снова впал в дрему. Не спал только самый маленький кенгуренок, и он внезапно оживился. Его уши развернулись вперед, а глаза заблестели. Встав на задние лапы, он стал обнюхивать рябую свинью, проходившую мимо, а затем пустился за ней вприпрыжку, вытягивая острую морду, чтобы уловить запах из-под хвоста. Свинья обернулась и сердито заворчала. Некастрированный малыш кенгуру, кажется, не понял, что значит это ворчание – да и откуда ему знать, если с рождения его обучали языку людей, а не животных. Он продолжил преследовать свинью, которая набирала скорость, и летел на всех парах, пытаясь покрыть ее.

«Смотри! – кричит Раш. – Они играют». Однако было не похоже, чтобы животные играли. Рычание свиньи становилось все более угрожающим. В некогда мирном загоне произошла череда недоразумений. Несмотря на то что кенгуру, очевидно, пытался спариваться со свиньей, Раш мне позже сказала, что он просто играл с ней.

Что бы ни происходило, хряк решил не принимать в этом участия и стал улепетывать со всех своих коротких ножек. Разумеется, кенгуру не сможет успешно спариться с вьетнамской вислобрюхой свиньей. И все-таки здесь, в обнесенном проволокой загоне, естественный порядок вещей оказался нарушен.

Адам Робертс из Born Free USA подчеркивает, что миссия их организации заключается в том, чтобы сохранить диких зверей в дикой природе, где им и место. Решая взять в качестве питомца дикое животное, люди превращают его в нечто, чему в природе нет места, как будто в знаменитой детской книжке американского писателя Мориса Сендака «Там, где живут чудовища». Там мальчик отправляется в путешествие на остров и танцует со зверьми, рожденными его собственным воображением.

3_1398062876_big

Дискуссия о приобретении в частную собственность экзотических видов позволяет отчетливо понять: когда мы изымаем дикое животное из привычной для него среды обитания, мы уничтожаем его истинную природу, подменяя ее своими фантазиями. Фантазиями о том, что все живое на планете в нашей власти. Мы, люди, – одновременно наименее дикие и самые дикие из всех зверей.

Текст: Лорен Слейтер Фотографии: Винсент Мюси
Tags: national geographic, Живая природа, фото
Subscribe
Buy for 160 tokens
Государство подсветит путь бизнесу в сумраке правового нигилизма Стоп-лист это самая настоящая «черная метка» от банковской системы для любой компании. В этой статье я расскажу, что такое стоп-лист и почему он напрямую связан с заявленной недавно Президентом налоговой…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments